"Мало ли чем существенным в жизни можно заниматься, не описывая и даже не имея это в виду.
Любовь, семья, профессия, еда - явления самодостаточные.
Но путешествовать и молчать об этом - не только противоестественно, но и глупо. 
Более того - невозможно."

"Слово в пути"
Петр Вайль (1949-2009)

Путешествие в Икстлан и почему все заморочены 2012 годом.

Хочу сразу успокоить поклонников Карлоса Кастанеды, у которого я взял первую часть названия своей очередной рассказки. Про Карлоса и дона Хуана в этом путешествии мало чего, несмотря на то, что оно (путешествие) пролегало по югу Мексики.
Именно, по югу. Потому что изначально в голове сидела пустыня Сонора, находящаяся как раз чуть южнее южной границы США под штатом Нью-Мексико (см. предыдущую рассказку про белые пески). И конечно творчество Кастанеды играло свою роль в этом несгибаемом намерении. Но как выяснилось, Мексика большая, пустыня далеко, и если уж ехать по следам дона Хуана, то тогда надо именно ехать по его следам. А не пытаться еще посмотреть страну.
Но все-таки в Икстлан мы, в отличие от дона Хенаро, добрались.

Кстати сказать, мало кто знает, что в Мексике 32 штата и они очень разные: от пустынной Соноры до бедной Чиапаты. И Техас, Аризона, Нью Мексико и Калифорния тоже были Мексикой, а потом по референдуму присоединились к АСАШАЙ (извините, к США – вспомнил чудный фильм «Борат» Саши Коэна).

Что же было в этом путешествие? Разное. И купание в подземной пещере, травертиновой ванне и в кратере вулкана, и поедание термитов и кузнечиков, и узкие ночные серпантины с оползнями и провалами, полицейские пытались забрать машину, военные обыскивали пять раз, украли деньги с карточки. И пирамиды, пирамиды, пирамиды…
Нормально, в общем.
Вообще, я уже понимаю, что рассказки можно разделить на 2 категории: поездки за картинками и поездка за приключениями. Иногда эти две цели совпадают.

Эта все-таки относится к автоприключениям. Я подозреваю, что многие не могут понять на что я трачу свой отпуск. Но каждому свое. Мне трудно прожить неделю-две, где все включено. Впрочем, об этом позже. 

Ну а теперь по порядку.
С самого начала это путешествие было вызовом: по далекой незнакомой стране, без испанского языка, на непонятной машине. И страна не самая цивилизованная. 
Перед отъездом у меня состоялся разговор с одной женщиной:
- Как вы едете? Там же всякие… партизаны?
- Не хуже чем у нас.
- У нас зло свое, понятное…

Без языка оказалось действительно непросто. Конечно, несколько поездок в Испанию и Андорру, несколько фраз из путеводителей, жизненный багаж знаний и предыдущий опыт позволили в общем без труда общаться на бытовом уровне. Но я с сожалением отмечаю, сколько знаний потеряно из-за отсутствия испанского.

Из всего маршрута были заказаны билеты туда до Канкуна, обратно из Мехико сити,
два дня в отеле в Канкуне, отоспаться после перелета, и ночь в Мехико сити перед отлетом домой. Ну и автомобиль, конечно. Правда, я почему-то заказал автомобиль не на те даты, но уже на пересадке в Париже перебронировал на правильные дни. Великая вещь – интернет.

Три перелета с ожиданиями и перемещениями в общей сложности дали более суток.
Приземлившись в Канкуне, после последнего перелета, в котором уже наливали текилку, мы вывалились в зал прилета со своими рюкзаками. Я тут же почувствовал знакомую неприятную атмосферу – стали клеиться таксисты. Не люблю таксистов.
Я мало чего сильно не люблю. Когда в узких односторонних переулках ездят на встречу, так что не разойтись. Когда приходишь в самолет садиться, а наверху над твоим местом все полки забиты чемоданами, которые никак ручной кладью не назовешь. Ну и таксистов.
Нет, вы не подумайте, нормальных таксистов я люблю. Которых вызываешь по телефону и они аккуратненькие приезжают и тебя везут. Да даже частники нормальные – не устраивает цена – не садись.
Я не люблю бомбил, которые стоят на выходе плотной толпой и даже не подвинутся и дорогу никто не уступит, когда ты багаж свой тащишь на выход. Крутят ключи на пальце и говорят свое «Догородатаксинедорого». При этом они всегда еще и стараются нажиться на человеческой беде. Помните, когда электричество в Москве вырубилось несколько лет назад или недавно два взрыва в метро. Так эти нелюди за проезд цены взвинтили чуть ли не в 10 раз. Правильно говорил наш патриарх РПЦ: эти деньги не принесут вам добра, отдайте их на добрые дела. В Нью Йорке во время взрывов 11 сентября таксисты бесплатно возили людей…

Но в аэропорту Канкуна нас уже ждала машина из отеля.
Отель хороший, не на косе, где американцы построили отель за отелем. Кстати, место для курорта, говорят, вычислил с помощью компьютера. А наш отель чуть поодаль, вдали от шума и суеты. Сразу сказали, что пить и есть можно только то, что в отеле. Если с улицы что принесли, оставьте на вахте. Правильный подход.
Карибское море все-таки очень ласковое. Если вы читали рассказку про Кубу, а вернее про остров Кайо Ларго, то тут то же самое, только с другого берега того же моря. Те же яйца — вид сбоку.
Один день на купанье, отдых, спанье. И составление маршрута. Валяясь на пляже, мы с бессменным штурманом прикинули дни и маршрут по примечательным местам, отмеченным на карте.
На следующий день уже к полудню забрали машину. Джип, который Jeep. Если кто не знает, это сейчас все внедорожники называют джипами, а вообще-то это было название определенной марки машины. Как ксероксом, например, все называют копировальный автомат. А это была машина, разработанная компанией Xerox, читается, кстати, как Зирокс.

Машинка хорошая... Потом на фото увидите. Кат-кат, как говорят в Марокко, просторная, крыша снимается. Если бы не мой Дефендер, я бы о такой подумал. В отличие от всяких ФордЭксплореров внешне выглядит вполне компактно и квадратно.
Из всей автоматики только коробка-автомат, очень примитивная. И загадочная кнопка «скользкая дорога», которую мы включали время от времени. Да, еще есть кондиционер. Стеклоподьемников, центрального замка, блокировки передачи — ничего нет. Пару дней оставляли машину открытой на ночь, так как я отвык от отсутствия центрального замка. Но это ерунда, а вот отсутствие блокировки передачи — это плохо. В городе- то все равно, а на крутом серпантине машинка то тупит, то рвет.

Сам Канкун нам не понравился – длинная коса, сплошь застроенная отелями с пляжами, переходящими один в другой. А с другой стороны шопинг и рестораны.

Попробовав на берегу местного знаменитого кушанья — севиче (холодный салат с рыбой или осьминогом или морепродуктами, в котором так много сока лайма, что скулы сводит) — поехали до самой северной точки полуострова Юкатан. Доехали до пляжа «Белые пески», покупались, погуляли с местной плешивой собачкой и попытались поехать дальше. Но не тут-то было. Указателей нет, дорог никто не знает, по-английски не говорят. Сами дороги все в колдобинах и вибрадорах («vibradores» или topes). Это по нашему «лежачий полицейский». Я сначала не понял, почему у относительно молодой машинки (25 тысяч километров) так разбита передняя подвеска и рулевая. А потом понял.
Дело в том, что в Мексике никто скоростной режим не соблюдает принципиально. Поэтому, чтобы ограничить скорость в населенном пункте до 40 км в час, ставят эти вибрадоры через каждые сто метров. Причем, они такой формы и высоты, что если ты не сбросил скорость практически до нуля, то тебя ждет очень сильный удар по передней подвеске. Такое вот насильственное соблюдение правил.
Кроме того, часто встречаются преграды, которые мы называли “vibradores naturales”. Это значит, что естественные выбоины так велики, что на скорости проехать невозможно.

В общем, в результате разведки, завершившейся плутанием по местному городку, стало ясно, что путешествие наше будет не таким простым, как могло показаться сначала.

Вечер прошел спокойно: коктейли Текила Санрайз и Маргарита, спокойный ужин в местном ресторане. Спокойствие разгоняла только большая русская компания (русская условно). Явно переехавшая в Америку на ПМЖ, но при этом не утратившая своей вульгарности и шумности.


Утро было немножко жалко, и мы провалялись пару часов на пляже, а уже потом собрали вещи, выписались и поехали вдоль побережья в первый город Майя – Тулум.
Все путеводители говорят, что пусть Тулум не самый большой и значительный, но зато он самый красивый. Это действительно так. Город расположен на высоком берегу Карибского моря (все остальные поселения были в глубине материка) и вид действительно красивый.

После Тулума мы направились в одно из самых раскрученных мест Чичен-Ица (Chechen –Itsa). Когда не знаешь языка (испанского или майя), то автоматически мозг подбирает фонетически близкие названия. Chechen-Itsa – Чечевица, Villadore – Валидол, Holca – Холка, Xuchicalco – Сучикалка, Palenque – Паленка. А для Chelem и Edzna вы, уважаемые читатели, сами придумайте.

И еще буква “Х” осталась для меня загадкой. Я так и не понял, когда и как ее надо произносить.
Надо говорить «Мехико», но «Мексика». В слове Uxmal – это «ш», но в Ixtlan – это «икс».
А “Oaxaca” – это Оахака.
Теперь я понимаю, что штат Техас (кто постарше помнит, что джинсы изначально в нашей предыдущей стране (СССР) назывались «техасы») действительно произносится как «Техас» в Мексике. Хотя я помню, как странно было слышать его название по-английски «Тексас». В общем, непонятно.
Да и вообще, деньги называются «песо», а изображаются пресловутым знаком американского доллара.

По пути в Чечевицу мы хотели заехать на пирамиды, в поселок Koba, но опоздали, поскольку по дороге увидели приглашение в парк бабочек (mariposa по-ихнему). Ну как не заехать?
Это оказалась небольшая территория, огороженная со всех сторон сеткой. Смотритель – очень благообразный пожилой мужчина (ну вылитый ученый), узнав, что мы русские, испугано спросил: «А вы по-английски говорите?». И радостно выдохнул, когда мы ответили «Да». Представляю, как можно рассказывать про бабочек жестами…
Я, как обычно, черпаю знания обо всем непосредственно с места событий. Бабочки оказались прикольные. Их завозят с разных мест, и здесь они кормятся и плодятся.
Бабочки делятся на дневных и ночных, ночных – 88 процентов. Про весь цикл - кокон-бабочка-личика-гусеница-куколка-кокон - я рассказывать не буду. Но жизнь бабочки длится около трех месяцев, причем самец умирает после совокупления (как обычно), а самка живет еще некоторое время, чтобы выносить личинки. Ну что еще рассказать? Гусеницы прекрасно маскируются, а кокон очень маленький. Крылья бабочки мокрые и поэтому могут быть свернуты в маленький комочек. Но после того, как она вылупилась, у нее есть только минут сорок-сорок пять, чтобы крылья высохли и распрямились. Иначе кранты.
Еще бабочки занятно питаются соком фруктов, но это видно на фотографиях.


Подъехав к Коба, мы обнаружили, что все пирамидные достопримечательности закрываются в пять. Так что, мы внутрь уже не пошли. И без того пирамид в дальнейшем хватило. В Коба запомнилась только башня у входа, собранная из серых больших бревен, и на вид выглядевшая очень шатко.

Мы без остановки поехали дальше в Чечевицу. Надо сказать, что изначально нам говорили – Мексика страна не очень опасная, но надо соблюдать несколько правил – например, не ездить в темноте. Я честно собирался не ездить в темноте, но господь распорядился иначе. Это значит, что половину пути мы проехали в темноте. Первым был как раз этот переезд.
При этом вы должны понимать, что маршрут маршруту рознь. Можно прекрасно ехать 300 км со скоростью 100-120, а можно 50 километров ехать 4 часа. Дороги очень разные.

Само перемещение по стране не сложное. Но когда вы въезжаете в местный городок, вы должны понимать ситуацию. В отличие от российских сел основная дорога идет не насквозь городка. Вы, как правило, доезжаете то центральной площади (сокалы), а потом должны на этой площади найти дорогу на выезд. Дороги в городках разбиты, лужи огромные, указательных знаков очень мало и они небольшого размера, покорежены и практически без рисунка. Я помню, как, въехав в Валидол, я подивился доброжелательности и приветливости водителей. Каждый встречный махал мне рукой, гудел и приветствовал меня фарами. Минут через десять я понял, что еду по односторонней улице на встречу движению…

В ЧиченИцу мы приехали уже в темноте. Но успели на световое шоу, которое проходит, по-моему, на каждых пирамидах. Утробным голосом невнятно вам в наушники кто-то бубнит что-то из древних сказаний. Одновременно все восстановленные развалины вам подсвечивают разноцветными прожекторами. 
Кстати сказать, в ЧиченИце есть один интересный момент. На главной пирамиде камни выложены таким образом, что два раза в год в определенные часы свет солнца отбрасывает тень, изображая пернатого змея (известное божество племен мая) – Кетцалькоатла. (Кетцаль – птица, коатль – змей). Я его помню еще из детства, когда я сумасшедше увлекался фантастикой. Змий присутствует в массе мифологий. Так вот, если вы не можете быть в ЧиченИтце в нужный день (кстати, информация о том, когда этот день наступает, противоречива), то вы можете просто увидеть этого змея на подсветке на вечернем шоу.

Половину следующего дня мы провели, бродя по развалинам и восстановленным пирамидам. На фотографиях я подпишу несколько памятных мест.
Отдельно расскажу про футбольные поля и футбол, который был в этой стране очень популярен. Футбольное поле представляет собой ровный участок земли у которого с двух сторон вертикальные стены. В каждой стене должно быть кольцо из камня или дерева. Кольцо расположено вертикально относительно земли.
Мяч представляет собой каучуковый шар размеров, как я понимаю, немного меньшим, чем сегодняшний футбольный.
Игроки могут касаться мяча только ногами, бедрами и плечами и должны забить мяч в кольцо. Если представить себе это, то кажется довольно сложным, но «зайца бить – спички зажигать научится».
Спортсмены тренировались с детства, как у нас должно быть перед олимпиадой. Забегая вперед, скажу, что истории об этом футболе разнятся от поселения к поселению. Может быть, действительно правила разнились от племени к племени. Например, в одном месте в Паленке нам говорил гид, что соревнования устраивали раз в 4 года, а в Чечевице раз в 52 года. Причем результат тоже был разный: по одним преданиям проигравшему отрубали голову и ею играли как мячом. По другим преданиям выигравшего приносили в жертву почти как святого, а проигравший должен был всю оставшуюся жизнь прислуживать его семье.
В общем, кто его знает. Давно это было.
В Чеченице еще любят всем говорить, что эхо между футбольными стенами отражается 7 раз. Будете там – сможете блеснуть.

Отелей несколько. Они расположены в нескольких километрах от города около развалин, все в одном месте. Все хорошие. Окна нашего номера выходили как раз на полуразрушенное здание обсерватории в виде улитки – караколь.

Осмотрев Чиченицу, мы заехали в местечко под названием Иль-Киль. Это так называемый сенот – подземное озеро. Представьте себе цилиндр диаметром метров 30 и глубиной метров 30. На этой глубине чистейшая темно синяя вода, в которой плавают толстые черные рыбы. Сверху струится вода, и спускают свои корни лианы. Глубина воды еще метров 30.
В этом месте сделали лестницу для спуска к воде и вы можете поплавать и даже попрыгать метров с трех со скалы. Я, конечно, попрыгал. Купаться там очень прикольно, я рекомендую.


Мы отправляемся на север. Наш путь лежит в городок Прогрессо на Мексиканском заливе. Не помню, что нас туда понесло – нашли что-то в путеводителе.

Городок симпатичный: несколько улиц параллельных морю, большой пляж. На берегу ресторанчики с морепродуктами – довольно вкусно, но довольно грязно.
Чем-то похоже на Кубу – рынки внутри зданий на углу, продажа фруктов и всякой снеди. И сильный ливень, который пришлось пережидать в каком-то магазинчике.

Дальнейший путь лежал по берегу залива на запад в город Селестун. К сожалению, этот город так найти и не удалось. Я долго ехал вдоль берега, пока было можно, а потом свернул в сторону материка. Узкая прямая дорога, справа и слева болото. И вдруг слева на воде стаи розовых фламинго.
Фламинго были довольно далеко, даже телевик не очень помогал. Но они действительно розовые – питаются, видимо, чем-то. 
Говорят, что здесь экскурсии на лодках прямо через стаи фламинго. Вы можете смотреть и снимать близко-близко.


После фламинго начались плутания по узким улочкам каких-то поселений. Мы могли спросить только «Где Селестун»? "Донде Селестун" по-испански?
Один раз одна очень приятная женщина пылко объясняла минут десять без останова. Я слушал очень внимательно, выхватил слова перекресток, полиция, заправка и автострада.
Тетеньке было все равно, что мы не понимаем, она очень старалась. И, как ни странно, мы выехали на автостраду. В чертов Селестун уже не поехали, а поехали в сторону Ушмаля.

Ночевали мы в древнем городе Ушмаль. Приехали опять в полной темноте и опять успели на световое шоу с бубнявым голосом и разноцветным светом. Я после него зарекся ходить на эти представления.


Древний город Ушмаль не такой большой и не такой раскрученный. Но запомнился мне сильнее всего: там я действительно что-то почувствовал. Когда будете там, заберитесь на Гранд пирамиду и посидите там наверху спокойно какое-то время. 
Еще город был полон линяющими игуанами, которые с удовольствием позировали.
Остатки храма фаллосов, древние постройки и в путь в поселение Каба. 
Раньше между Каба и Ушмаль была дорога через джунгли длиною в 15 километров. Сейчас там только арка (или ворота) восстановлена, а самого пути пока нет.

Далее, направляясь в Паленку, просто необходимо было заехать в местную достопримечательность – пещеру. В этой пещере еще 2 тысячи лет назад было поселение майя. Мы выбрали какой-то сложный проселочный маршрут. Путь проходил мимо бесконечных плантаций, на которых мексиканцы собирали поспевшие лаймы.

Экскурсия по пещере организованная. Вот, посмотрите фотографии.


Итак, мы отправились в Паленку, по дороге заехав в Эдзну. В Эдзне стена на пять этажей и сильный красивый ливень. Народу немного, уже перед закрытием.

Уже после заката по дороге в Паленку нас первый раз остановили военные. У них плакат: “извините за беспокойство, мы ищем оружие, наркотики, взрывчатку”. 
Темнело. Нас вывели из машины. Самих не обыскивали, но машину осмотрели полностью: вытрясли и открыли весь багаж и проверили все закутки в автомобиле. Ничего личного, но все равно неприятно. Я как-то расстроился и скис.

Опять долгий путь и я не выдерживаю. Мы останавливаемся, не доехав до Паленки. Какой-то мотель у дороги с закусочной. Сами комнаты довольно большие с огромным допотопным кондиционером.
В закусочной сначала приходится изучать содержимое кухни и холодильников, потому что общих слов с хозяйкой нету. В результате она жарит нам на ужин показанную пальцем индейку, которую назыает "пичуга".
Утром я долго рассматривал непонятные комочки под подушкой. Потом нас озарило – это мышиные какашки.
Утром выезд нам перегородил джип с прицепом, на котором серфинги. Я понегодовал немного, но вскоре нарисовался толстый американец, который путешествовал с сыном. Мы с ним поболтали, он джип отогнал, и мы поехали дальше в Паленку.

Паленка большая: где-то 4 на 6 километров. И это первое место, где мы взяли гида – большого симпатичного парня майя по имени Хосе. Небольшая прогулка по джунглям. Это там я спросил его, как же выглядели пирамиды, когда их нашли, и он показал непонятные холмы, заросшие лианами и деревьями.
С одной стороны корни деревьев разрушают пирамиды, с другой стороны – поддерживают их. Восстановить пирамиду стоит огромного труда и огромных денег. Исследования поддерживают несколько фондов, в том числе международных, американские университеты и нефтяные компании.
И сейчас люди после каждого дождя находят новые фрагменты, например, маленьких фигурок майя. Собрать такую фигурку целиком – кропотливый труд и удача, зато и стоит она тысячу долларов.

Термиты действительно обладают характерным вкусом. Хосе отковыривал куски муравейника, прикрепленного к дереву, и вы можете взять вылезшего муравья и раскусить зубами. Несмотря на то, что муравьишка совсем маленький (миллиметр), вы почувствуете вкус. Посмотрели бананового паука – укус не смертельный, но в больницу надо (ну как укус молодого щитомордника из Приморского края).

На основной площадке Хосе много рассказывал о правителях майя. Основная их сила была в знаниях. Они действительно были отличными астрономами и математиками. Я понимаю, что это здорово, но так и не понял, как им это помогало управлять народами. Хосе сказал: «кто обладал знаниями, тот обладал властью. Как, впрочем, и сейчас». Я с этим согласен, но тогда видимо можно было запугать народ одними затмениями.

Теперь про племена.
Сначала были Ольмеки. Они имели негроидные черты лица, и никто не знает, как они сами себя называли. Они были хорошими купцами, но исчезли очень давно. Потом были толтеки – по Карлосу Кастанеде они и являлись основными носителями знания силы. Потом пришли ацтеки. Ацтеки были очень агрессивные и кровожадные. Шаману ничего не стоило содрать кожу с жертвы и носить ее как пиджак в знак устрашения.

Миштеки уже более молодое племя. От его названия произошло названия города Мехико.

Помимо обсуждений обрядов древних майя, мы прослушали рассказ о древних управленцах. В основном в рассказах фигурировала царица, которая управляла городом много лет. Умерла она от заражения крови. Существовал обряд, по которому нужно было окропить землю кровью. Мужчинам надрезали член, а женщинам прокалывали язык. Вот при очередной процедуре царица и заразилась. 
Вообще, древний род деградировал и впал в безумие. Более того, были вырублены все леса в округе города для его строительства, а лес (джунгли) давал населению все необходимое для жизни. Тем самым площадка себя изжила. Царей свергли, город пришел в упадок. Вот так все в этой жизни происходит.


Первым, кто объяснил нам что-то про календарь, был Хосе. Он просто сказал: «Вы свой календарь корректируете раз в четыре года (имея в виду високосный год), а майя имели календарь на 4 тысячи лет».
По моим вычислениям не 4 тысячи лет, а более 5. Лето исчисление мая началось с 3113 года до нашей эры. Эту дату майя считают началом своей эры.
Самое простое объяснение выглядит так: у майя не три разряда (день, месяц, год), а пять (кин, уинал, тун, катун и бактун). Но это очень упрощенно. Календарей несколько, они все берутся в расчет. Более того, все это накладывается на двадцатиричную систему исчисления. Мне как бывшему программисту на ассемблере в машинных кодах это довольно понятно. Я в свое время легко владел шестнадцатиричной арифметикой, но вас я утомлять здесь не буду.
Основная идея в том, что календарь мая начинается 13 августа 3113 года до нашей эры, что равно 13 бактун, 0 катун, 0 тун, 0 уинал и 0 кин. А следующая дата по нашему календарю, когда майевский календарь будет иметь тоже значение 13,0,0,0,0, будет 21 декабря 2012 года.
Кстати, Хосе рассказал, что в деревнях бабушки до сих пор ориентируются на календарь майя: когда сеять, когда лечить, а когда рожать.
Мне кажется, нам ничего не угрожает, разве что у майя будут какие-то обновления. Но майя уже не те. Во-первых, это очень собирательный образ: и внешний вид и языки очень меняются на всей территории Юкатана. Во-вторых, по одной из очень поддерживаемых гипотез, майя – это китайцы. Много тысячелетий назад они прошли из Китая через север, через Беренгов пролив и обосновались в этих теплых краях. С тех пор они измельчали и потолстели.

Извините за длинный экскурс в математику и антропологию. Кому неинтересно, может не читать, кому интересно, можем продолжить обсуждение в другом месте. (Может все-таки форум завести?).

Еще Хосе заинтересовал нас одним местом в лесу, которое служило местом обрядов и медитаций. На поход туда времени уже не хватило. Однако после обеда мы вернулись и, не найдя, Хосе пошли к этому месту с дедушкой по имени Виктор. Дедушка работал в Паленке гидом с самого начала основания памятника. Дедушка правильно повел нас сначала дорогой через чащу, поскольку на обратном пути стало понятно, что все близко. Само место не торкнуло. Сарай и сарай на холме в джунглях.


После возвращения к лагерю, мы мыли ботинки в ручье рядом с мексиканской семьей. Мамаша, что-то объясняя ребенку, назвала нас «гринго». Мы не гринго, сказали мы гордо, мы русские.

Недалеко от Паленки есть две водных достопримечательности: водопад Мисод-Ха и какскады Акуа Азуль. Водопад хорош, маршруты под ним и в водоеме снабжены веревками. Если поедете туда, обязательно все намокающее и важное уберите в водонепроницаемые пакеты. Вы будете все мокрые. 

Акуа Азуль – лазурная вода. Каскады представляют собой серию водопадов, довольно широких. Вода там бывает лазурная, только в другое время года. В этот сезон (август) дождей и муссонов вода грязно коричневого цвета. Мало туристов, и все время дождик крапает. Вот посмотрите.


И снова в путь. Следующий пункт назначения Сан Себастьян де Лас Касас (Я могу перевести только как «Дома святого Себастьяна»). Вроде бы и ехать-то всего ничего, но я думал, что это один из самых тяжелых участков пути. Сначала все хорошо – красивый серпантин, лесистые высокие холмы, малюсенькие деревушки или сарайчики на каждом повороте серпантина.
Дети используют вибрадоры для того, чтобы продать вам что-нибудь. Когда машина сбрасывает скорость до нуля, детишки подбегают и пытаются через окно просунуть вам сувениры или кукурузу.
Кстати сказать, самый лучший местный фастфуд- это вареная кукуруза. Она сильно отличается от того, что предлагают вам тетки у станции метро в Москве, выкрикивая «Хорячая кукуруза, Свэжая кукуруза!». Крупная, сочная, почти белая. Они мажут ее по вашей просьбе майонезом, макают в тертый сыр, посыпают перцем и солью, конечно. Очень вкусно!

Ну, так вот. Опустилась темная-претемная ночь. Огней нет. Одни повороты. Условно по одной полосе в каждую сторону. Условно, потому что ты вглядываешься, пытаясь увидеть глину с камнями от оползня на полосе, близкой к склону, и темный провал на внешней полосе, потому что асфальт ушел вниз вместе с землей. Провал огорожен в лучшем случае лентой или тряпкой, а часто просто положены камушки.
Ливень такой, что дворники не справляются. И негде остановиться – вообще нет ровного места для машины даже на повороте – все ровное (место 2 на 3 метра) застроено сарайчиками. Ливень сменяется туманом или облаком. Я еду медленно, иногда на мигалке. Меня обгоняют все редкие автомобили. Наконец после трех часов пытки дорога выходит к автостраде, но автострада тоже строящаяся: все разрыто, перегорожено, всюду в темноте разбросана техника.

Доехав до города, находим приятную гостиницу в испанском стиле (оказалось, бывший монастырь). Ресторанчики еще работают. Находим маленький уютный ресторанчик. Народу немного, один парень говорит по-английски. Еда обычная: тортилас, которые с начинкой становятся такос, кесадильяс, энчиладос, бурритос и тд. Мимо столиков ходит какой-то мутный волосатый парень, и что-то заунывно подвывает под тренькующую гитару.

Приносят еду, пиво (пиво, кстати, везде хорошее).
Парень, допев, подходит к нам и начинает просить денег. Я недоумеваю – чего ты хочешь? «Ну, я тут пел для тебя, гони денег». Называется навязчивый обязательный сервис.

Утром городок производит очень приятное впечатление.
Разноцветные невысокие дома, чистые площади около костелов, прямые улицы.
И, конечно, рынок в конце длинной пешеходной улицы. Рынок около красивой резной церкви со всем его многообразием товаров и персонажей.
Вот фотографии.


После Сан Себастьян де лас Касас обязательно надо проехать до деревушки Чамула. Мы попали туда по путеводителю, ища церковь, славившуюся своей необычностью. 

Для прохода в церковь нужно купить билет на площади. Покупая билет, я забрал прозрачные целлофановые пакетики с герметичным замком и положил туда документы, помня о водопадах.
В самой церкви фотографировать нельзя. К сожалению. Я сразу прошел подальше внутрь, сел на пол и прислонился к стене. Я просидел там больше часа, наблюдая за окружающими. За это время приезжал один или два автобуса с туристами, которые входили толпой, сиротливо стояли в центре, а потом быстро уходили.

А вокруг была жизнь. Сама церковь является демократичной и не посвящена какому-либо одному святому. Изображения святых во всех нишах вдоль стен.
Весь пол усыпан хвойными иголками. 
Люди приходят помолиться по разным причинам. Они накупают много-много небольших свечей разного цвета. Приносят их целителям. Те расчищают пол перед собой и ровными рядами расставляют десятки свечей перед собой. При этом они молятся, молятся, когда зажигают свечи, молятся, пока свечи горят.

Мне запомнился один мужик посреди церкви, у которого было более сотни свечей, бабуля перед алтарем, которая повторяла процедуру несколько раз. Рядом сидела семья, которая явно лечила одну из своих женщин. 
Потом пришла другая семья крестить-лечить ребенка. Они тоже расположились на полу, разложили свечи, еду, молодая мать начала тут же кормить ребенка грудью.
При этом в процедуре участвовали петухи. Они продавались за углом церкви на рынке.
Во время молитвы петуха раскачивали над свечами, и он подозрительно вскрикивал. Я заметил, что к концу молитвы петух как-то вяло затихал, склонив голову на бок. Видимо, это все-таки жертвоприношение.

В общем, занятное место, которое цепляет тебя. Я уходил с неохотой, хотя ожидания какого-то события не было.


Уже на площади у церкви, поев кукурузы, я зашел в лавку посмотреть товары. Спрашиваю: «у вас есть пульке». Это бражка, которую тут все должны пить. «Нет» - говорят – «у нас только порч». Я взял литр.
Порч оказался местным крепким самогоном – ну вылитый ракси из Непала.
Я в последствии выпил, сколько мог, а оставшееся в бутылке привез в подарок Вертелову.

Следующий пункт – тихоокеанское побережье. Я с детства помню песню про славный город Акапулько. Однако до Акапулько было далековато и мы остановились в славном городе Уатулько. Я думаю, ничем не отличается.
Нашли отель на берегу. Я пересек его территорию и ринулся на встречу волне, чтобы поздороваться. Не рассчитал. Волна Тихого океана накрыла меня с головой и отбросила назад. Сезон не купальный, нанесенный песок почти закрывал пляжные зонтики. Документы спасли пакетики из Чамулы, а вот телефон в соленой воде сдох совсем.

Отель хороший. Почти пустой, много звезд. Надо уже было отдохнуть и поспать на месте пару ночей. Я не пошел ни на какие процедуры, а провел в основном в баре, исследуя вместе со скучающим парнем – барменом Виктором-Хьюго – непознанное пространство текилы и мескаля.
Все сделано из голубой агавы, отличаются только способы и время приготовления. В общем, как с виски. Напробовался всласть. В общем, впечатлений от Уатулько немного.

В Уатулько жила русская женщина Тамара, которая держала китайский ресторан. Ресторан мы нашли, а Тамары уже там не было.