Идея залезть на Килиманджаро возникла спонтанно. После неудачной попытки подняться на перевал Торинг Ла в Непале (см. предыдущую историю) осталось чувство неудовлетворенности. И вот на встрече нашей группы в Москве в занятном бурятском кафе, которое в свое время нашел Сережа (мы решили, что бурятская кухня близка к тибетской), Килиманджаро прозвучала первый раз. Сережа прямо и сказал: "Ты в курсе? В августе идем на Килиманджаро." 


Колесики в моей голове закрутились, и картинка сложилась. В августе в ЮАР должна была быть конференция, на которую я собирался, а в нашем сознании Африка выглядит как одна большая страна, в которой все близко. Конечно, я сказал "да".
Введение.
Вернувшись из Непала и получив море фотографий, решил все-таки заставить себя описать это путешествие. "Килиманджаро - самая высокая гора в Африке, а также самая высокая отдельно стоящая гора..." Бла-бла-бла... Вы всегда найдете всю необходимую информацию в интернете, а я, как обычно, собирался показать фотки.
Задача моего повествования каждый раз усложняется. Если раньше я понимал, что пишу для узкого круга моих близких друзей, то сейчас, судя по отзывам, круг читателей расширился. Это накладывает ряд ограничений, поэтому мой рассказ, возможно, будет сух. Как обычно, наиболее яркие детали являются также и наиболее интимными.
Поездка моя была длинной - 3 недели, 11 перелетов, 10 границ, 6 стран, но сейчас я пишу о самом сильном этапе: подъеме на гору. Как обычно, для печати 30 см х 45 см нормального разрешения я отобрал около 15 фотографий, а здесь я помещу раз в десять больше. Разница между съемкой мыльницей и нормальным объективом в интернете почти не видна, и практически у всех поднимающихся на гору снимки одинаковые. Поэтому пишу для тех, кто не поднимался.
Важное сообщение! Кликайте мышкой на маленькие фотки. Там за ними еще есть! Как показала практика, это было не очевидно. 
Итак.
"Заправлены в планшеты космические карты". Прикупил спальник, которого не было. Обновил немного одежки (при этом восхитился развитию технологий: материалы, из которых сейчас делается одежда, просто фантастические), почистил камеру и объективы и в путь.
Летел я отдельно от группы, поскольку наши маршруты после горы расходились в разные стороны и билет я покупал отдельно. 
Группа наша после нескольких изменений состояла из 13 человек, включая Сережу и шерпа Даву из Непала. 
Сразу скажу, что даже собравшиеся люди мне были интересны уже сами по себе, без горы. Люди с возрастом все реже и реже выпадают из своего круга общения, который сформирован старыми друзьями, коллегами, родственниками. Группа объединила совершенно разных людей, и уже одно это было интересно. Кстати, средний возраст у нас в группе был сорок лет. Маргиналы - это я (самый старый) и тезка моя, девушка Саша (самая молоденькая). 

Найроби - столица Кении.
Перелет прошел нормально, несмотря на все ограничения по объему перевозимой жидкости. Компания SwissAir организовала стыковку в Цюрихе длиною 50 минут, рейсы прошли без задержек и всего через 13 часов я оказался в аэропорту Найроби. В Цюрихе ко мне в самолет подсела Ирина (я решил, что не буду представлять всех членов группы, а они будут материализоваться по мере необходимости), а в Найроби нас встретил Сережа, который уже там был какое-то время. И мы начали с ним готовиться к восхождению. Подготовка состояла в пробовании местных напитков, которое закончилось уже в Танзании в деревне Аруша. Об этом чуть позже.
Я провел в Найроби неполных полтора дня. Город как город, только все кругом черные, а ты белый. Я не поехал ни в какие парки, а просто пошатался по городу в обычной манере: вставал на перекрестках и фотографировал лица. Вот несколько кадров.

А в целом люди приветливые. Девушки сразу предлагают взять их с собой хоть на Килиманджаро, нищие просят денег, мужчины спокойны.
Это просто впечатление, как вы понимаете, поскольку видел я мало.
Рано утром второго дня мы поехали в аэропорт забирать всю группу с самолета и на этом же автобусе поехали сразу в Танзанию в село Аруша, из которого должны были стартовать к горе.

Аруша. Танзания.
Добираться до Арушы из Найроби надо около 6 часов, включая переход границы Кения-Танзания. Границы потом пришлось переходить много раз, но все они выглядят более или менее одинаково: заборы поперек пыльных дорог, по домику с каждой стороны, где надо заполнить формуляр и отдать паспорт в окошко для получения штампика. В пограничных пункта пооживленней, с каждой стороны толпы людей, пытающихся продать тебе сувениры. Преобладают фигурки животных из дерева. Удивляет высокая цена, по крайне мере первая названная. В конце продавцы уже пытались поменять свои фигурки на мои довольно старые часы Swatch. Я, конечно, от обмена отказался.
Отель Kibo Palace в Аруше вполне приличный, но всю его прелесть мы смогли оценить только вернувшись с горы. Представляете, там из кранов течет горячая вода! Но это потом.
Все заселились, а мы с Сережей пошли в ресторан (если можно так сказать) эфиопской диаспоры в Аруше. Поскольку я в Эфиопию со всеми не ехал, у меня была только одна возможность посмотреть на эфиопские лица и поесть эфиопской еды. Больше всего запомнились кислые-прекислые лепешки из какого-то зерна, такие бледные, мягкие и с большими болезненными порами, похожие на блины. 
После общего сбора вечером мы все вместе поехали в гости к Санари. Это наш главный проводник и близкий Сереже человек. Он, кстати, и вел меня потом на гору.
Было уже темно, мы зашли в какой-то бар рядом с домом Санари, а потом к нему. Я, как обычно, стал гонять кучу детей во дворе дома. Дети были совсем черные и сливались с обстановкой. Легче всего мне было ловить одну девочку, потому что она была в белом платье.
Конец вечера для меня был довольно скомкан. Потом мы все события восстановили, но я об этом здесь распространяться не буду.

Марангу - ворота в парк. 1900м.
Килиманджаро, вообще-то, национальный парк. Доехав часа за 3 до одного из входов, - Марангу - мы расположились на полянке, ожидая завершения всех формальностей. Марангу находится на высоте 1700м (тут мнения расходятся, поскольку на большой табличке было написано 1970м или около того). Поляна полна народу, все приблизительно в одно и то же время стартуют наверх. Здесь получаются разрешения, носильщики забирают тяжелые рюкзаки, группы одна за одной уходят наверх, растягиваясь по тропинке. Мы все довольно легко взбежали в Мандару (высота 2700м). Дорога идет по тропическому лесу, тропа довольно мила и симпатична. Она идет потихоньку вверх, и вы преодолеваете ее без напряжения. Несмотря на трудности предыдущего вечера, я легко набрал со всеми положенный километр за 3-4 часа, и мне поплохело только уже наверху.
То ли местный алкоголь, то ли что-то из еды сыграло свою роль, но мой организм отказался принимать и удерживать пищу. И так продолжалось 3 дня.

Мандара 2700м.
Мандара - это типичный лагерь: несколько деревянных домиков, один из них покрупнее - там едят. Мы, кстати, ночевали как раз над столовкой. Столовка - большая комната, где посменно едят все, кто остановился в поселке. Нашу команду, надо сказать, сопровождали 2 повара, кроме того 2 гида и 4 помоЩника гидов и куча носильшиков. Килиманджаро обеспечивает приличную занятость в этом регионе.
Сама ночевка напомнила мне стройотряд или "картошку", на которой я был в студенчестве. Комната представлялет собой длинный треугольный в сечении пенал, в котором мы все и спали. Ночь была редкостная по своей непривлекательности: я давно не спал дружным коллективом, на себя я надел мокрые штаны, которые никак не мог высушить после стирки (только таким способом), в окно постоянно дул ветер, который шелестел прибитым к раме целлофаном, мне сводило мышцы ног, а печень уперлась в ребра.
Утро встретило нас мелким моросящим дождем. Было довольно холодно. Я для разминки сбегал посмотреть на ближайший кратер (такая большая яма, поросшая травой). 
Мы тронулись в путь после завтрака. Следующий переход до лагеря Хоромбо (3720 метров).
Тропический лес скоро кончился, а дождь нет. Через час пути нам навстречу стали попадаться люди, идущие с Хоромбо вниз, и мы у них всех с надеждой спрашивали, когда они последний раз видели солнце. Мнения расходились, и понять, будет ли в Хоромбо солнце, было невозможно.
Для меня это был один из самых трудных переходов. Под постоянным дождем по размокшей глиняной тропе в дождевике я брел вверх к солнцу, которого все не было. Поднялся ветер, чтобы добавить еще немного неприятных ощущений. На привале где-то посередине пути мы даже не смогли посидеть как следует, потому что сразу замерзли без движения. За весь путь я сделал 5-6 снимков, потому что почти ничего не было видно и потому что было холодно и плохо. В какой-то момент, остановившись на мосту, чтобы снять пейзажик, мы с Ириной представили, что о нас думают местные. Мало того, что эти белые неизвестно зачем прутся на высокую гору, они еще по дороге фотографируют какую-то полную хрень. Возможно, что местные об этом вообще не думают, они просто привыкли, что так есть.
Запомнился один случай. Мы идем вверх. Вдруг сверху, криками разгоняя идущих, несется повозка. Это такие носилки с одной ногой в середине, на которой колесо. Эти носилки ведут четыре местных за углы. В носилках лежит мужик в очках, завернутый как младелец. У нас только один вопрос, который выкрикнул Сережа: "Он жив?!". Выяснилось, что мужик жив. Просто в Кибо на 4700 у него начало двоиться в глазах. Горняшка. Его сразу покатили вниз. Это напомнило мне впечатления, когда ты катаешься на горных лыжах, а мимо тебя провозят пострадавшего в спасательных санях. Очень поднимает настроение. 
Где-то на двух третях пути Сергей и Стэн пронеслись мимо нас как два кабана, чтобы забронировать нам домики для ночлега. Когда мы пришли в лагерь Хоромбо, домики уже были наши. Даже не домики, а два раза по полдомика с номерами 41 и 43. Кстати, рекомендую. Это крайние домики, которые выходят на ручей, который не только симпатичен - в нем еще можно и помыться частично или полностью. Правда, он холодноват (утром со льдом), и нас еще пугали амебой, которая залезет к вам в печень и останется там до самой вашей смерти. Поэтому не только пить, но и зубы чистить не рекомендуется в ручье.
Надо сказать, что все в лагере помешались на чистке зубов. Я понимаю, что черные чистят свои белые зубы, но все жители ходили по лагерю утром долго со щеткой в зубах и долго плевали белую пену на землю. Психоз какой-то.

В Хоромбо нам предстояло провести две ночевки по дороге туда и одну по дороге вниз. Ночь между этими ночевками мы провели на горе, карабкаясь к вершине.
Хоромбо отличается от Мандары только тем, что находится на километр выше. Те же домики, та же столовка и сортир. Правда, из-за высоты вокруг не лес, а кусты, и облака, как правило, внизу. 
Как только выглянуло солнце, все сразу вытащили свои шмотки и живописно развесили на кустах. Это единственная возможность просушиться. Печек нет, костры жечь нельзя, солнце - источник жизни и тепла.
На ужин и обед любимый огуречный супчик, в который наливается соус чили, чтобы придать супу вкус. Еще есть ананасы, жаренные бананы, иногда сосиски. Утром каши. Вообщем никто голодный не был, но еда специфическая. День на третий народ начал вспоминать рестораны в Москве, кто где был и что где ел - явный признак недостатка разнообразия в пище.
На утро следующего дня мы пошли не спеша на прогулку. Этот день у нас был отведен на адаптацию. Володя с Наташей пошли своим путем напрямик через горы. Они потом рассказали, что нашли очень много "мест силы", чем дальше, тем сильнее. А мы всей толпой потихонечку пошли на зебру-скалу. Это скала, полосатая от пород, которые окрашивают камни во время дождя. Симпатичная скала.
Все шли не спеша, залезая на местные растения, окрестные камни, собирая сухие корни, фотографируясь. Сделав большой круг и посмотрев на завтрашний маршрут, все вернулись в лагерь.
Кстати, здесь мы жили по шесть человек в комнате. Когда ты спишь, то на расстоянии вытянутой руки у тебя трое, а один из них (у меня Вадим) сопит в 30 сантиметрах от твоего уха. Конечно, каждый за ночь или утром выползет по своим делам из хибары. Главное правило - прежде всего включи свой фонарик. От неяркого света никто не просыпается, зато ты не устраиваешь возню в темноте на ощупь, а выходишь с достоинством и тихо.
Я думаю, что полдомика изначально были рассчитаны на двоих человек, а потом, видя наплыв сумасшедших туристов, хозяева поставили по шесть кроватей в дом. Поэтому рюкзаки покрывают большую часть пола, а когда я сажусь на своей кровати, то бьюсь башкой об верхнюю, если не пригнусь.
Но это не главное - ты же не спать сюда пришел, а идти на Килиманджаро.
Поскольку мы встречали рассвет в Хоромбо 3 раза, я сделал наибольшее количество фотографий здесь. Рассветы, облака внизу и верхушка Кили, куда мы и идем.
Под вечер тертьего дня мне совсем поплохело. Я залез в свою ячейку, напоминающую деревянный ящик, забрался в мешок и думал, какой же я дурак (мягко говоря). Залезть на хрен на 3700 и остановиться, поскольку мой отравленный организм не в состоянии будет лезть завтра выше. С этими мыслями я и уснул.
Я плохо понимаю про "места силы", про позитивные вибрации и про энергию Цы, но среди ночи я проснулся от того, что мне полегчало. И я понял, что завтра я пойду дальше. Так, собственно говоря, и случилось.

Кибо 4700
На следующий день наша группа отправилась в путь, как обычно, одной из последних. Нас все-таки 13 человек, а время сбора пропорционально количеству народа.
Надо сказать, что в первый день в Хоромбо нас наконец нагнал наш Дава - шерпа из Непала. Ребята должны были забрать его в Дохе, пролетая из Москвы, но не вышло. Рассказ ребят был довольно забавный, поскольку в Дохе Дава встретился с ними и сказал в своей обычной непальской манере, что у него все-все хорошо. Только его не посадили на самолет, потому что на него не хватило мест, и он прилетит завтра. Ждать всей группой в Аруше мы его не могли. У Инессы, по счастью, были с собой фотографии для него, которые мы и передали проводникам, чтобы они опознали Даву. Дава с Санари прошли на следующий день Мандару насквозь и под вечер нагнали нас в Хоромбо.
Мы все вообще-то гордимся, что с нами был первый шерпа, взошедший на Килиманджаро. Дава был тринадцатым и все время жил где-то на отшибе. Правда, он довольно быстро скорешился с черными проводниками и не скучал.

Дорога до Кибо простая. Сначала немного подъема, а потом идешь практически по горизонтали. Даже непонятно, где этот километр вверх.
Пейзаж поменялся резко, кругом камни и коричневый цвет. Растений мало. Те, кто был в Тибете, говорят, что пейзаж абсолютно такой же. Вот он. 

Лагерь Кибо почти такой же, как и предыдущие. Только стоит один каменный сарай, в котором большие комнаты. Наша была опять на 12 человек.
От Хоромбо до Кибо наша группа растянулась. Кто-то (Вова) добежал за 2 с чем-то часа. Последние дошли за 4. Попили чаю и легли отдыхать до 5 вечера.
Вечером все встали поесть и размяться. Еда прежняя, перед штурмом все достали опять свои пилюли: витамины, железо, аспирин. У меня завалялась плитка 95-процентного шоколада. Мы ее, конечно, съели, но по-моему, это был самый противный шоколад, который я ел в жизни.
Всех порадовал закат, мы высыпали из домика и долго фотографировались. Мои фотки здесь. 

Gilman's point 5681
Как стемнело, мы опять легли отдохнуть до подъема на гору.
Здесь надо сказать о расписании. Основная идея - оказаться на перевале Gilman's point 5681 м (или около) на рассвете, потому что это красиво. Прийти туда раньше бессмысленно, поскольку делать там в темноте нечего. Если подняться туда много позже, то выбиваешься из графика.
Мы мудро (как выяснилось) решили разбиться на 2 группы. Я, Ира и Дава выходим в полпервого ночи, остальные, как суперспортсмены, в 2 ночи. Впоследствии оказалось, что мы были правы. Первая группа из второго эшелона догнала нас как раз перед Gilman's point.
Итак. Ближе к полуночи мы с Ирой поднялись, нашли Даву в темном лагере, попили чаю и в полпервого в путь. Надо сказать, что домик уже опустел - все группы, кроме нашей, уже ушли в гору.
Мы вышли впятером - впереди Санари (проводник), потом я, Ира, Дава, и Салиман (кажется) с термосом замыкал шествие. Кажется, потому что я просто не сфокусировался на замыкающем, поскольку было не до того.
Ночь, фонари на лбу, но небо не черное. Оно все засыпано звездами, млечный путь действительно как разлитое молоко (ну, может, обезжиренное сильно). В самом начале пути мы увидели падающую звезду. Перед землей она распалась на 3 части, а я, как обычно, не загадал ничего. Все-таки к этому моменту надо готовиться и держать в голове на готове пару желаний.
Как описать дорогу вверх, я не знаю. До Gilman's point мы шли 6 часов. Расписать их по этапам я сейчас не смогу, поэтому просто вспомню некоторые моменты.
- Я иду и смотрю на ноги впереди идущего Санари. Угол склона градусов 45 (говорят, что доходил до 55). Тропа - это камни разного размера. Все идут по тропинке, поднимающейся вверх пологим серпантином.
- Я часто поднимаю голову вверх и смотрю на удаляющиеся фонарики, ближе к вершине они сливаются со звездами, такими же яркими, и я не понимаю, где звезды, а где фонарики. Санари говорит мне все время: не смотри вверх, не думай об этом, просто иди.
- Холодно. Я считаю, что ближе к минус 20 (народ потом спорил, минус 15 или 20, но все сказали, что ночь действительно одна из самых холодных). Я рад. что надел две пары носков. У Иры совсем отнимаются ноги от холода. 
- Мимо пробегает стремительно Володя, который спас положение, одолжив Ире свои твердые заскорузлые запасные носки.
- Мы стоим под скалой, которая немного прикрывает от холодного сильного ветра, несущего какую-то мелкую влагу. Долго стоять нельзя, потому что холодно. 
- Когда идешь, то совершаешь мелкие-мелкие шажки, поскольку после широкого шага приходится отдыхать, навалившись грудью на альпеншток. 
- Навстречу ведут под руки вниз какого-то японца, который шатается и что-то довольно громко бормочет.
- На склоне сидит итальянец и объясняет своей девушке, что у него все хорошо, но просто он не может больше идти.
- Мысли в голове довольно однообразные, но все сконцентрированы на подъеме. Что именно я думал в деталях и с кем разговаривал в мыслях, я не буду публиковать в Интернете. Главная мысль - когда же солнце? Почему мы идем в темноте и холоде? 
- Оглядываясь назад, все время пытаешься сначала увидеть просветление неба, потом следишь, как светлеет и меняет цвет полоса за спиной.
- Где-то на 5500 м начинаются камни, и ты вынужден карабкаться, цепляясь руками. Все еще темно. Сознание раздваивается и ты как будто спишь и видишь во сне себя со стороны. И так нечем дышать, а тут еще надо делать резкие движения. Ты начинаешь бояться оступиться и упасть, поскольку тебя шатает из стороны в сторону.
- В это время Санари начинает громко что-то кричать, перекрикиваясь с кем-то внизу. Впоследствии это оказывается Сережа, который с первой группой догоняет нас. Он то ли просит чаю, то ли куртку. Но его веселый и энергичный вид вызывает противоречивые эмоции.
- Но тут восходит солнце... Я запомню навсегда, что рассвет был в 6 часов 35 минут.
Я нахожусь метрах в пятидесяти от перевала, припадаю к скале и достаю фотоаппарат. Вот снимки рассвета, которые, конечно, есть на всех камерах людей, поднимающихся вверх.

Uhuru peak 5895
Перечитав то, что я написал, я понимаю, что не смог передать свои чувства. Я не писатель и не поэт. Я - инженер-математик когда-то. Безусловно, было трудно, и мысль, зачем я это делаю и куда вообще иду, посещала часто. У каждого свои стимулы, мои сработали.
На Gilman's point нас догнали четверо из нашей основной группы, и мы двинулись дальше. Настроение изменилось: светит солнце, все видно вокруг, дальше уже легкий пологий склон... Как я ошибался.
Gilman's point - это перевал в кратер. Вы ползете по внешнему краю кратера и с этой точки можете заглянуть внутрь. Но чтобы достичь самой верхней точки, вам надо еще пройти по краю кратера вправо километра 2, я думаю. Да, там более-менее полого. Да, видно, куда идешь. Но этот путь дался мне совсем не легко.
Во-первых, я морально был готов, что все тяжелое позади. Во-вторых, 5700-5800 - это совсем мало кислорода. В-третьих, я уже сильно устал.
Я пришел на самый верх одним из последних, каждый малюсенький подъем давался с трудом. Здесь уже появились снега Килиманджаро, и идти надо было по тропкам. Хотелось шагать пошире, но каждый шаг пошире заставлял останавливаться и глубоко дышать.
На самом верху стало легче - выше идти некуда. Ребята символически курили сигары, разворачивали флаги, которые принесли с собой, Вова, раздевшись до пояса (сверху), отжимался. 
Мои очки-хамелеоны сошли с ума на высоте почти 6 тысяч метров. Черный цвет исчез - вместо него стал фиолетовый, зеленый стал бурым и т.д.. Странное ощущение. 
Я сфотографировал группу, а в общем-то больше и нечего делать наверху. Я позволили себе сделать протокольную фотографию (здесь был Саша) с Давой в обнимку. Дава почему-то присел, и я опять получился размером со снежного человека.
Все. Грамотные люди из группы так и сказали: "А что еще на вершине делать? Сфотографироваться, пописать и назад."

Назад вниз
Через полчаса, около десяти утра все потянулись вниз. Мы с Ирой замыкали шествие, останавливаясь перед каждым даже незначительным подъемом.
При свете дня стало понятно, что подъем до Gilman's point представляет собой хорошую "черную" горнолыжную трасу, только присыпанную камнями.
Никто уже вниз не спускался зигзагом, а просто вставал на ноги и ехал вниз, как на лыжах. Наклона вполне было достаточно, чтобы трение не могло тебя остановить. Зрелище на самом деле отличное: люди летят вниз по мелким камням, объезжая крупные, как на лыжах, в облаках пыли, которые тянутся за ними на несколько метров.
Конечно, все ночные тропинки, натоптанные восходящими, стерли до исчезновения.
Вверх до Gilmans point - 6 часов, вниз - полтора часа. И это учитывая частые остановки. Я и на снегу не могу проехать длинную крутую "черную" трассу без остановки, а после ночи подъема на высоте 5 -5,5 тысяч, конечно, приходилось присаживаться периодически.

В Кибо в наш сарайчик я вернулся к часу дня. В 2 надо было сваливать вниз в Хоромбо. Времени хватило только отряхнуться от пыли и собрать вещи.
Дорога вниз была симпатичнее. Светило солнце, и равнина преобразилась. Я бегал вокруг и щелкал фотоаппаратом.
Интересно, что ощущение раздвоенности сознания не прошло. Я чувствовал себя так, будто выпил какое-то количество алкоголя, хотя уже несколько дней не пил ни капли. 3 часа вниз до Хоромбо прошли быстро. Мы вернулись в Хоромбо, и надо отдать должное Сереже - он снял нам те же домики. Удивительное ощущение, что ты вернулся домой.
Я хотел дотянуть до ужина, который в 8 часов вечера, но мой организм начал отключаться. Я практически терял сознание, пытаясь заснуть. Темнота в глазах и все такое. Я думаю, что просто дошел до предела своей выносливости за последние 20 часов.
Поев, я тут же лег и сладко проспал 10 часов подряд. Утром я проснулся отдохнувшим, здоровым и понял смысл фразы, что гора очищает.
Интересен эффект возвращения в Хоромбо. Если раньше я каждое утро, проснувшись часов в 6, вылезал из деревянного склепа побродить и никому не мешать, то в это утро я решил, что моя койка очень уютная и приятная, и залез обратно полежать часок до завтрака.
В девять часов все небольшими группами отправились в путь. Через какое-то время навстречу пошли люди из Мандары. Я обратил внимание на то, как они заглядывают тебе в глаза с немым вопросом: "Ну как там? Были на вершине?". Я понял, что четыре дня назад смотрел так же.
Для справки. Маршрутов наверх несколько. Мы шли по маршруту "Кока-кола". Он называется так, потому что он самый легкий и на каждой остановке можно купить кока-колу.
С небольшой остановкой в Мандаре мы прошли до Марангу часов за 7 и, поев, сели в свой автобусик. 

Опять Аруша
Вот тут-то мы оценили все прелести отеля 4 звезды. И отдельная комната, и горячая вода из крана, и душ, в который, как призналось большинство, все залезали по 2 раза перед ужином.
Ужин был чудесный. Все преобразились, вечер был теплый. Вино, которое принесли наши сомелье Володя и Наташа, вкусное. Еда разнообразная - мясо там всякое.
Сережа устроил небольшое представление с выдачей сертификатов и зачтением прозвищ, которые дали нам наши черные проводники.
Омрачило наш праздник только то, что у Санари в день штурма умер отец. Это случилось как раз когда я шел за ним вверх по склону Килиманджаро. Я не знаю, как это трактовать, но это факт.
Мы говорили друг другу теплые слава, вкусно поели, я пошел спать, ощущая необычность того, что я на чистых простынях в большой комнате один.
Утром короткие сборы, я доехал до почты, чтобы послать открытку с видом горы в Новосибирск своему другу, и мы поехали обратно в Найроби.
По дороге мы встретили страуса, а потом жирафа. Красавец стоял у дороги, вот несколько снимков.

Мы пересекли границу с Кенией и зарулили в ту же лавку, что и по дороге на гору. Я был удивлен, что весь обслуживающий персонал встретил меня как родного.
В этой лавке по дороге туда была следующая история.
Когда местная черная девушка приносила нам еду, Сережа, конечно, общался с ней на какой-то смеси суахили и каких-то других языков. Тогда я сказал: что ты мучаешься, с ними надо говорить по-русски. И стал по-русски называть ее разными ласковыми словами. Девушка внимательно слушала меня, не понимая ни слова, потом повернулась к Сереже и сказала: Так. Ты должен найти мне мужа в своей стране. 
Потом мы долго ехали в аэропорт Найроби по каким-то ремонтирующимся дорогам, но приехали более-менее вовремя. Народ прошел регистрацию, чтобы лететь в Аддис-Абебу, а мой рейс был через два часа. Мы нежно попрощались, группа пошла на посадку, а я остался ждать свой рейс.

Дальше у меня все было более цивильно. Правда, я спал в церкви, дрался с макаками за пиццу, видел охоту львиц на быков, видел пингвинов и водопад Виктория, но это все в следующей истории... 

Всем привет!
Искренне,
Александр Кузнецов
Август 2007
Кения-Танзания
P.S. Да, совсем забыл...